Прогноз экономиста: Что ждет Калининград — крах или процветание?

ИЗ ДОСЬЕ «КП»

Владислав Леонидович Иноземцев — российский экономист, социолог и политический деятель. Автор более 300 печатных работ, опубликованных в России, Франции, Великобритании и США, в том числе 15 монографий, четыре из которых переведены на английский, французский, японский и китайский языки. Родился 10 октября 1968 в Горьком.

Без малого четыре года осталось до времени «Ч» - летом 2016 года отменяются таможенные льготы для калининградских предприятий, работающих в режиме так называемого «переходного периода». Этот период – 10 лет - предусматривался для планового отказа от льгот первой редакции закона об Особой экономической зоне, принятой еще при губернаторе Юрии Маточкине. Он позволял и до 2016 года позволяет беспошлинно ввозить из-за границы комплектующие и опять же без таможенных пошлин отправлять готовую продукцию в «материковую» Россию. По этой схеме работает весьма значительная часть калининградской экономики. И, как часто бывает, воспользовались льготами многие, а к отмене льгот не подготовился никто. Зато надвигающийся экономический провал и тысячи безработных уже обещаны.

Поэтому и обсуждается вопрос нового закона о Калининградской области. Рабочую группу возглавляет вице-спикер Государственной думы Александр Жуков. Но о результатах ее работы пока не особенно слышно.

Об экономических перспективах нашей области мы поговорили с известным столичным экономистом Владиславом Иноземцевым.

Про отмену виз и «сколковские» законы

- Владислав Леонидович, в Калининграде бытует мнение, что Калининградская область для Москвы – это «чемодан без ручки». И бросить жалко, и нести неудобно. Можно, правда, НАТО попугать «искандерами», а какого-то экономического смысла от обладания Калининградской областью на федеральном уровне нет. Как вы прокомментируете такое умозаключение?

- Я думаю, что ошибочна и опасна сама трактовка «нет смысла обладания». Она идет от штампов давно прошедшей войны. Отбили территорию, а теперь думаем, что с ней делать. Это неверная постановка вопроса. Сейчас здесь живут наши соотечественники, и Россия не «обладает» областью. Калининград – ее часть, а калининградцы – россияне, являющиеся, по Конституции, источником государственной власти в нашей стране.

Поэтому вопрос о «смысле» ставить нельзя. Нужно ставить вопрос о том, что государство должно делать, чтобы область стала успешной и процветающей. И ответ тут может быть только один: не слишком мешать гражданам развивать свой край.

Калининградская область – особый эксклав. И у нее должен быть особый статус. Москва сегодня заявляет, например, что хочет создать корпорацию развития Сибири, в рамках которой 16 регионов страны будут «частично выведены из-под федеральных законов о недрах, лесах, земле, градостроительстве, трудовой деятельности и гражданстве». Между тем эти условия даруются региону, который обеспечивает более 2/3 всех наших природных богатств, больше 60 процентов российского экспорта. У Калининграда таких богатств нет. Все богатство региона – в людях и в уникальности территориального расположения. Именно здесь и надо создавать особые условия. Прежде всего – сохранить особую экономическую зону и сделать ее полностью таможенно свободной, чтобы европейцам было выгодно налаживать тут производства для своего, а не российского рынка. Естественно, нужно отменить визы для европейцев, сделав область «открытой территорией» – даже если в обмен на это для самих калининградцев европейцы послаблений не сделают. Это привлечет инвесторов, создаст условия для регистрации здесь новых компаний, развития наукоемких производств, проведения встреч и конгрессов, что подтолкнет девелопмент и строительство. И, наконец, сначала надо принять специальные «сколковские» законы, которые существенно ограничили бы в области полицейский и бюрократический беспредел, а в перспективе распространить на нее хозяйственное и социальное законодательство стран Европейского Союза. Все это сделало бы жизнь калининградцев нормальнее, а возможности экономического развития – шире.

Что же касается «искандеров», то я убежден: Калининград давно пора объявить демилитаризованной зоной. Россия сегодня обеспечивает свою безопасность ядерным щитом, а не регулярной армией. По числу солдат и количеству обычных вооружений Объединенные командования «Центр» и «Запад» уступают армии Польши, а Балтийский флот – ее военно-морским силам. Изображать себя сверхдержавой, «закрывая» для этого целый регион – непозволительное глумление над собственными гражданами. Руководство России, я думаю, обязано немедленно задуматься о том, как создать естественные условия для поступательного экономического развития Калининградской области.

Два закона

- Насколько логично было в середине 2000-х годов отменять первый закон об особой экономической зоне, предусматривавший таможенные льготы, и менять его на новый, который во главу угла ставит налоговые преференции?

- Этот «первый» закон (№ 13-ФЗ «Об особой экономической зоне в Калининградской области» от 22.01.1996 г. – Ред.) предусматривал создание режима внешнеэкономической деятельности, неизвестного мировому праву, а прописанные в нем особенности ОЭЗ местами вообще выходили за рамки правового регулирования. Кроме того, закон, по сути, выводил ОЭЗ в Калининградской области из-под федерального таможенного регулирования, поскольку вопросы ее функционирования решали не таможенные власти, а областная дума. Закон противоречил и нормам ВТО, которые никак не запрещают свободные экономические зоны, но требуют исключения особых условий доступа на внутренний рынок страны для любых отдельных стран и территорий. Иначе говоря, это был закон, направленный на формирование в Калининграде импортозамещающего кластера. Однако эта политика, с одной стороны, нигде в мире не была успешной, а, с другой, существенно противоречит нормам ВТО.

«Второй» закон (№ 16-ФЗ «Об особой экономической зоне в Калининградской области и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» от 10.01.2006 г. – Ред.) во многом устранил эти противоречия, заменив таможенные преференции на налоговые, но не радикально (согласно п. 2 ст. 8 № 16-ФЗ, ранее действовавший режим может применяться в отношении юридических лиц, осуществлявших свою деятельность в соответствии с «первым» законом об ОЭЗ, до 2016 года. – Ред.). Так что принятие нового закона я оцениваю скорее как попытку сохранить прежний порядок под новой вывеской.

- Как вы оцениваете результаты действия двух законов – 1996 года и 2006 года? Насколько серьезно эти законы видоизменили экономику Калининградской области?

- В общем и целом, позитивно. Все мы видели, что в области появилось много новых производств, она стала пионером в промышленной сборке автомобилей иностранных марок, серьезный толчок получила пищевая промышленность, ориентированная на использование качественного импортного сырья. Но проблема сейчас состоит в том, что все эти преимущества не могли не быть временными, и теперь нужно выстраивать новую систему преференций для предприятий области, изобретать новые преимущества для инвесторов, многие из которых «при прочих равных» будут готовы уйти.

Конец переходного периода

- В 2016 году будет отменен «переходный период» для предприятий, работающих по таможенным льготам старого закона об ОЭЗ. Интересно ваше мнение, что ждет калининградскую экономику после 2016 года?

- На самом деле этот период завершается уже сейчас. Первый звоночек прозвенел еще в 2010 году, когда было введено практически двукратное обложение акцизом алкогольной продукции, производимой в регионе (достаточно посмотреть на динамику производства в компании «Альянс-1892», чтобы увидеть, как эта норма практически уничтожила одного из основных налогоплательщиков области). Затем с принятием Федерального закона №409 в конце прошлого года под удар попали и многие другие предприятия, использующие импортное сырье, и они постепенно начинают сворачивать производство. Судя по всему, федеральный центр намерен полностью ликвидировать особый режим в Калининграде. «Вертикаль власти» более дорога ему, чем обеспечение жителям региона возможности зарабатывать. Я не могу сейчас спрогнозировать, что произойдет после 2016 года, но твердо уверен, что фактический демонтаж зоны за пять лет до прекращения действия регулирующих ее деятельность правил – форменное издевательство над правовой системой, проявление тотального юридического нигилизма со стороны Москвы.

- Сейчас создана рабочая группа по разработке нового закона о Калининградской области. Какие предложения вы внесли бы в новый закон?

- Прежде всего, как я уже говорил, это были бы предложения превратить область в бизвизовую для граждан ЕС зону. Еще предложил бы: отменить все ввозные пошлины на сырье и комплектующие; создать специальный Фонд развития Калининградской области в виде акционерной компании с российским и иностранным участием; либерализовать законодательство о продаже земли и собственности на нее; разработать график перехода области на европейские хозяйственные стандарты, нормы и законы. Калининград должен стать гигантским производственным – подчеркиваю, производственным, а не финансовым – оффшором. Причем в самое ближайшее время, иначе область столкнется с тяжелым кризисом.

Не нужно переоценивать значение Китая

- Интересно также ваше мнение о более конкретной проблеме. Существуют ли механизмы минимизировать транспортные издержки для калининградских предприятий, которые вынуждены перевозить свою продукцию через несколько границ?

- Могу ошибаться, но мне кажется, что возможность оптимизации таких издержек возникнет только при условии открытости Калининграда в сторону Европы. Россия в последние годы стала страной, которая получает значительную часть своих доходов от таможни. Если суммировать вывозные и ввозные пошлины и добавить к ним НДС на импортируемые товары, то мы получим почти половину доходов бюджета. Поэтому влияние таможенной службы трудно переоценить – а это значит, что простыми таможенное оформление в России, и, следовательно, трансграничные перевозки, никогда не станут. Поэтому калининградская экономика сможет успешно развиваться, только если будет ориентироваться на Европу, а не на «материковую», как вы сказали раньше, Россию.

- То есть вы считаете, что особая экономическая зона в Калининградской области должна работать не по схеме импортозамещения, а на экспорт? Но зачем Европе нужны калининградские товары, если есть Китай?

- Не надо преувеличивать китайские возможности и недооценивать наши преимущества. Двадцать лет назад страны центральной Европы после краха СССР стали индустриальной пустыней с неконкурентоспособной промышленностью. Но сегодня здесь выпускается 35% всех автомобилей, производимых в ЕС, около трети мобильных телефонов, значительная часть электронной аппаратуры, одежды, строительных материалов. То же самое касается, например, Турции. Четверть века назад она была известна только как поставщик в Европу дешевого труда мигрантов, – но с 1960-х годов она начала гармонизацию отношений с ЕС, приняла многие из европейских законов, в 1995-м – вступила с ЕС в таможенный союз. В итоге страна сегодня поставляет в Европу промышленных товаров более чем на 90 млрд. долларов, а около 45 процентов экспорта – это высокотехнологичная индустриальная продукция. Китай – это важный игрок на мировой экономической арене, но европейцы традиционно ищут перспективных партнеров в непосредственной близости от ЕС: именно этим обусловлены их действия по инкорпорированию в союз бывших советских сателлитов, отношения с Турцией, балканскими странами, государствами Северной Африки, программа «Восточное партнерство». То, что Россия не участвует в последней – гигантская ошибка нашей власти. Поэтому повторю еще раз: если ставится задача выйти на европейский рынок с помощью европейских же компаний – она вполне выполнима. Проблема в том, что мы убеждаем самих себя в том, что «в Европе нас не ждут», ничего не делаем, чтобы туда пробиться, а потом удивляемся, что нас там нет.

И еще: очень многие страны обеспечивали присутствие своих товаров на внешнем рынке именно через зоны экспортно ориентированной промышленности. И я даже не говорю про Китай. В 1985 году в Дубае открылась первая подобная зона на Ближнем Востоке – Джебель-Али, потом другие. В итоге к 2009 году доля доходов от нефти в бюджете страны сократилась с 88,4 до 28,3 процента; грузооборот морской торговли вырос в 19,3 раза, а пассажиропоток через крупнейшие аэропорты страны – почти в 150 раз. Калининград тоже должен стать центром притяжения для промышленников и инноваторов, важнейшим транспортным и логистическим узлом на Балтике. Все условия для этого у вас имеются.

О приоритетах и реалиях

- Какие направления развития калининградской экономики вы выделили бы в качестве приоритетных? Областные власти, например, говорят о туризме, янтарной промышленности, сельском хозяйстве…

- О туризме – как из основной России, так и из ностальгирующей Европы – калининградским руководителям надо было думать более 40 лет назад, когда взрывали Королевский замок Кенигсберга и застраивали город убогими советскими «хрущобами». При всем уважении, смотреть здесь сейчас не на что. А если еще вспомнить про аэропорт, - он и сейчас отреставрирован только со стороны взлетной полосы? - то вопрос о туризме и вовсе не встает. Тем более, что туристами могли бы стать жители близлежащих стран – а у них в целом такие же природные условия, но существенно более развитая инфраструктура и более низкие цены на услуги.

Сельское хозяйство в окружении Литвы и Польши? Оно может быть, опять-таки, ориентировано только на российский рынок, но тут мы снова упираемся в конкуренцию и логистику. Про янтарную промышленность я просто помолчу. Да, в области сосредоточено, по некоторым данным, до 90 процентов мировых запасов янтаря, около 350 тыс. тонн. Но весь мировой рынок янтарных изделий оценивается в 600-650 млн. долларов, причем в 2010 году он на 80 процентов покрывался поставками из Польши и Литвы (это значит, что в прошлом году объем реализованной продукции у одного только «Автотора» был в 10 раз больше емкости мирового янтарного рынка). К тому же в Калининграде в промышленную переработку идет не более 10 процентов добываемого тут янтаря, остальное уходит за рубеж как сырье. Ситуация эта очень традиционна для России, изменение ее потребует многих лет, а эффект окажется невелик.

Поэтому повторю еще раз: я вижу будущее области как индустриального региона, финансового и логистического центра общеевропейского значения и места проведения встреч и мероприятий с участием российских и европейских предпринимателей.

- Как соотносится нынешний режим ОЭЗ с нормами Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана?

- Не идеальным образом, разумеется. Однако принятые в рамках Таможенного Союза документы не требуют ее ликвидации. Убежден, что до 2016 года никакие ранее принятые и утвержденные российскими властями нормы по ОЭЗ менять не следует (и тут нельзя не покритиковать региональные власти, ровным счетом ничего не сделавшие для корректирования ФЗ №409 в период его прохождения через Думу и Совет Федерации). Интеграция с Беларусью и Казахстаном не способна принести российской экономике существенного прорыва. У нас сегодня доля нефти, нефтепродуктов и газа в экспорте – 62 процента. У Казахстана – почти 90%. И что – «братское слияние» с очередной «энергетической сверхдержавой» должно ставить крест на индустриализации в Калининграде? Я не согласен.

- В заключение – как соотносится режим особой экономической зоны с режимом ВТО, куда почти что вступила Россия?

- Здесь я вижу даже меньше проблем. Экспортно ориентированные индустриальные зоны никак не запрещены требованиями ВТО. Ни одна из них не была закрыта в Китае после его вступления в организацию в 2002 году. Более того, их в последнее время стало особенно много в Мексике, которая состоит не только в ВТО, но и в НАФТА. Проблема связана с тем, что саму свободную зону, как я говорил выше, нужно переосмысливать. Это должна быть свободная зона для промышленников и экспортеров, а не для торговцев и импортеров (к тому же последние смогут решать свои проблемы и без услуг калининградцев). В этом случае никакого противоречия не просматривается вообще.