
Алла Смолина в Афганистан поехала по собственной воле.
- Время какое было? Покорение Космоса, заселение Севера, освоение целины, стройки века. Разве мыслилось отсидеться, когда твои ровесники делают историю? – говорит Алла. - Мне выпал Афган. По другому, наверное, не могло случиться. Все мужчины в семье - кадровые офицеры. Офицерской женой стала и я, но поначалу была афганская война, для меня - с июля 1985 по апрель 1988 года.
КРЕСТИЛАСЬ ПОД ОБСТРЕЛАМИ
Алла служила начальником канцелярии военной прокуратуры Джелалабадского гарнизона, почти на самой пакистанской границе. В те годы Джелалабад и Асадабад считались сущим адом.
- На войну попала аккурат к появлению у противника ракет «Стингер», когда моджахеды принялись сносить с неба все шевелящееся. В ответ по нашей 40-й армии посыпались приказы заменить все полеты наземным трафиком, а те, которые отложить невозможно - перенести на ночное время. Помню, как мне приходилось ездить на аэродром по ночам. Пока доедешь - устанешь креститься. На аэродроме начинаешь креститься, нащупывая ногой в темноте трап борта. Так и летала до Кабула, седея, крестясь, обнимая парашютную сумку, если она, конечно, крепилась на груди. Обстрелов тоже хватило. В основном стреляли ночью - я хорошо запомнила мерзкое чувство страха. Никогда не поверю, что кто-то спокойно перенес первый обстрел.

Спокойствие приходит позднее, и даже не спокойствие, а некое смирение, заставляющее не дергаться при приближающемся вое снарядов, понимая, что коль суждено, так... На войне мы смирились с мыслью о собственной гибели, хотя никто в нее не верил. Но на всякий случай я прощалась с родными и спешно вспоминала, не обидела ли чем их в последнем письме? Но я выжила, несмотря на обстрелы, многочисленые перелеты, субтропические болезни и два подрыва. А вот 56 наших девчонок с той войны домой не вернулись, но об этом почему-то говорить не принято.
ПОГИБЛА ПЕРЕД ДЕМБЕЛЕМ, СПАСАЯ РЕБЕНКА
- Я хорошо помню Татьяну Кузьмину, нашу медсестру боевого агитационно-пропагандистского отряда. Oтряд доставлял в кишлаки продовольствие, медикаменты, одежду, книги. Ехали под прикрытием бронетехники, но броня не спасала от спрятанных в дорожной пыли противопехотных мин и растяжек. Служба была опасной, но Таня дослужила до дембеля. А вот домой вернуться ей не удалось.
В последние дни службы решили освободить ее от рейдов. Документы Татьяне вручили, проездные выписали, оставалось собирать вещи и готовиться к радостной встрече с сыночком, мамой и друзьями. Утром отряд удрал в рейд, а она осталась. Но обиделась, рвалась к ним – в кишлаках ждали больные. Так она утром сгоняла в автороту и напросилась в попутчицы к водителю водовозки. Машина с цистерной питьевой воды, которой так не хватает в дальних кишлаках, должна была ехать после обеда.

Я отговаривала Таню. Мол, если отряд уехал, значит, не отряд оставил ее в бригаде, а - Судьба. Но она нервно курила и мыслями была уже в высокогорных селениях со своими недолеченными афганцами. Уговорить остаться не получилось.
Водовоз с Таней благополучно догнал отряд, и вся колонна остановилась на привал у спуска к горной реке, где уже плескались местные детишки… Пока мужчины разминались, Татьяна пошла ополоснуться, зашла в воду. Она была рядом, когда
водный поток крутанул одного ребенка и рывком бросил к бушующей середине реки.
Она вовремя сориентировалась, поймала ребенка и отбросила к берегу, где вбежавшая в воду афганка успешно его выловила. Сама же Татьяна равновесие потеряла. Мощный поток, переворачивая и кружа, поволок ее за собой. Сослуживцы, услышав крики, бросились на помощь. Hо из-за нависших вдоль берега каменных глыб даже последовать вдогонку оказалось невозможным. Татьяну долго мотало и било об острые валуны, и скорее всего она умерла от переохлаждения. Афганские реки, берущие начало в вековых ледниках, даже в разгар самого жаркого лета очень холодные.
ПО ДОРОГЕ В ЗАГС
- Девчонки гибли даже при таких, казалось бы, чудесных обстоятельствах, как... регистрация брака. Ну да, на войне находились и такие, что рисковали оформить отношения сразу, не дожидаясь дембеля. Однако у войны свои планы...
Наталья Глушак работала официанткой в летной столовой, в авиагородке Джелалабада. Познакомилась с Юрием Цуркой, офицером из роты связи, ну и решили оформить отношения законно в генеральном консульстве в Кабуле. Туда отправились на БТРе с колoнной.
Разведка сообщала, что наблюдается активизация противника, работники консульства предупредили об этом жениха и невесту, но разве влюбленные думают о смерти, когда у них впереди целая счастливая жизнь? Вот и поехали. Минули бригадное КПП, поворот направо, сколько-то дорожныx метров и - жестокая засада с гранатометным обстрелом. А работники консульства в Кабуле до самой ночи ждали пару для регистрации...
ПОСЕДЕЛА В ВОЗДУШНОМ БОЮ
- Еще одна девчонка – Татьяна Михайлова. Красивая, молодая, с задорной челочкой. Приехала на войну, чтоб заработать денег на учебу единственной дочери.
… Она передислоцировалась нa новоe местo службы в наш Джелалабад, попасть в который из отдаленных горных районов легче всего было по воздуху. Попутчиков в вертолет набралось немного. Послушав мужской треп, Татьянa задремала. Казалось, прошло ничего, как над ухом ласково, но настойчиво зашептал мамин голос: «Танюшка, просыпайся. Танюшка-а-а». Мама давно умерла и никогда Татьяне не снилась. А тут не то, что услышалось, а явственно она прочувствовала теплый воздух детства: «Милая, просыпайся». Она нехотя открыла глаза и тут началось!

Борт дернулся, пассажиры мотнулись из стороны в сторону, а снаружи будто заколотили огромной дубиной по прочной вертолетной обшивке. Одновременно зарокотал бортовой крупнокалиберный пулемет, и почти сразу заквакали ответными посылами неуправляемые реактивные снаряды. Пилот пытался вывести машину из-под обстрела, бросая ее вправо-влево.
Чтоб не слететь с сидений, мужчины ухватились за внутреннюю обшивку. A Татьяна к такому повороту событий была нe готова. Ее, разомлевшую от сладкого сна, при первом же резком крене сбросило в груду брезентовых мешков и оружейных ящиков, замотавшихся по днищу. Офицеры пытались подцепить ее, но вертолет, задрав нос, пошел на очередной маневр, мешки и ящики смели Татьяну в хвостовой отсек.
Татьянa с ужасом ждала, что в одну из дыр в обшивке залетит снаряд или пуля. Или что рваные края расползутся и потоком воздуха ее вытянет наружу.
Бог уберег. Пилот межгорьями увел из-под обстрела машину, дотянул до аэродрома, где борт плюхнулся на бетонку. Танюшка осталась живой, но за несколько минут воздушного боя превратилась в абсолютно седую, о чем сама не знала, пока не увидела себя в зеркало.