
Сменилось три следователя
Журналист «Комсомолки» Надежда Ржевская на этой неделе перенесла вторую операцию. Пока она больше месяца проходит тяжелое лечение, стало известно о выводах предварительной проверки фактов происшествия, в результате которого Надежда оказалась на больничной койке, и которое заставляет нас, ее коллег-журналистов, задаваться вопросами и выражать недоумение по поводу заключений, сделанных по результатам ДТП.
Надежду Ржевскую сбил автомобиль, за рулем которого находился курсант пограничного института. Поэтому заявление от пострадавшей было направлено в УМВД по Калининграду и военное следственное управление СК России. Руководство военного вуза комментировать ситуацию не стало. Позиция начальников в погонах проста: пока вина не доказана, «мальчик не виноват».
Месяц продолжалась доследственная проверка. За это время сменилось три следователя. В итоге старший следователь 306-го военного следственного отдела капитан Крылов подписал постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по статье 264 УК РФ «Нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека». Наказание по этой статье предусматривает ограничение свободы на срок до пяти лет, либо арест на срок до шести месяцев, либо лишение свободы на срок до двух лет с лишением права управлять транспортным средством на срок до трех лет или без такового.
В постановлении указывается, что «военнослужащий рядовой Гусейнов имеет в собственности автомобиль марки БМВ модель 525. Водительское удостоверение он получил 13 июля 2013 года, оно действительно до июля 2023 года". Гусейнов на нерегулируемом «пешеходном переходе, перед перекрестком, ведущим в сторону поселка Малое Борисово, совершил наезд на гражданку Надежду Ржевскую, переходившую спокойным шагом проезжую часть». Виновник ДТП, причинивший, по свидетельству экспертов, тяжкий вред здоровью потерпевшей, объясняет, что двигался со скоростью 50 километров в час с включенным ближним светом фар, увидел впереди справа человеческий силуэт: «Когда до человека оставалось 20 метров, то он начал быстрым шагом переходить проезжую часть». То есть, Надежда Ржевская шла спокойно, как и пишет следователь, а, по словам Гусейнова, идет «быстрым шагом».

- Чтобы избежать столкновения я вывернул руль влево и хотел объехать человека, но задел его правым зеркалом. После чего резко остановился и побежал оказывать первую помощь, - заявил следователю курсант.
Выходит, Надя получила тяжелейшие травмы ноги и руки, будучи лишь задетая зеркалом?!
Аналогичные показания следователю дал некий Алиев, свидетель, который сразу после ДТП пытался доказать мужу Надежды Владиславу Ржевскому:
- Так, как шла ваша жена, дорогу не переходят!
Кстати, в заключении судебно-медицинской экспертизы достоверно указано, что «повреждения у пострадавшей возникли от воздействия поверхностей твердых тупых предметов и могли образоваться в результате столкновения с движущимся автомобилем, что подтверждается характером травмы и морфологической сущностью повреждений. Местом приложения травмирующих сил были области: нижняя треть левой голени, средняя треть левой локтевой кости. Эти повреждения характерны для ударного травмирующего воздействия».
Странные выводы
По заключению автотехнической экспертизы от 5 ноября, «рулевое управление и тормозная система БМВ были исправны». Был включен ближний свет фар и видимость было 50 метров, был сухим асфальт, темп движения пешехода - спокойный шаг, скорость автомобиля 50-60 километров в час. И «контакт с пешеходом произошел правой боковой частью автомобиля» (а не с автомобильным зеркалом!).
Из всего этого эксперт делает удивительный вывод: «водитель не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения. В данной дорожной ситуации Гусейнов должен был руководствоваться требованиями пунктов 10.1 и 14.1 ПДД».
Несоответствий между действиями Гусейнова и требованиями ПДД с технической точки зрения «не усматривается». Мол, так как Гусейнов не мог предотвратить наезд и «в действиях водителя отсутствует нарушение правил дорожного движения, то в его действиях отсутствуют признаки преступления и в возбуждении уголовного дела надлежит отказать в связи с отсутствием состава преступления».
Вот так, сбил на скорости пешехода на пешеходном переходе, искалечил жизнь, при этом не нарушил правила дорожного движения! Не виноват и баста! Получается пешеходов можно безнаказанно давить на «зебре», а не тормозить, приближаясь к переходу.
Курсанту Гусейнову вернули свидетельство о регистрации транспортного средства и страховой полис ОСАГО.
Потерпевшая сторона намерена обжаловать постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.
МЫ ОБ ЭТОМ ПИСАЛИ
Удар на пешеходном переходе
Вечером 2 октября наша коллега Надежда Ржевская возвращалась с работы домой в поселок Борисово. Вышла из маршрутки на своей остановке на улице Емельянова, ожидая, когда можно будет безопасно перейти дорогу. Убедившись, что с обеих сторон нет автомобилей, сделала несколько шагов по пешеходному переходу. В этот момент ее на полном ходу сбил автомобиль марки БМВ, за рулем которого находился курсант пятого курса пограничного института Артур Гусейнов. Удар был такой силы, что Надя отлетела в сторону, прокрутилась вокруг собственной оси и упала на асфальт.
У нашей коллеги диагностировали открытый перелом костей левой голени, стопа удерживалась на уцелевших связках, перелом руки, рваные раны. Открылось сильное кровотечение, шок. Надю спасли военные медики из дежурившей неподалеку машины «скорой помощи». Они фактически сразу оказали квалифицированную первую помощь, а затем передали раненую гражданским врачам.
Уже больше месяца корреспондент «Комсомолки» лежит в отделении травматологии Центральной городской клинической больницы Калининграда. Она перенесла сложную операцию на сломанной руке, 11 ноября ей прооперировали покалеченную ногу.
Мы уже писали о том, что после аварии виновник ДТП пытался «уладить все миром», с таким же предложением решить вопрос без возбуждения уголовного дела, выступал нанятый адвокат и отец Артура Гусейнова, срочно прилетевший из Дагестана. Семье Ржевских «на лечение» предложили 100 тысяч рублей. Но «договориться» не удалось.